И мы думаем: «Да ведь все мы на самом деле одно!» Но когда мы пытаемся сообщить кому-нибудь об этом переживании, мы обнаруживаем, что повторяем почти в ожесточении: «Все мы – одно».
Люди считают трудным, что им не нравится, и легким, что их не затрудняет; из такой условности угрожают разверстые пропасти.
Страница не существует!
Когда, например, мы наблюдаем ум, словно проецируемый на экран кинофильм, то по мере углубления сосредоточенности он, возможно, станет прокручиваться медленнее, а это позволит нам заметить побольше из происходящего.
Такую воду или пили, или ею окропляли.