Доверяя внутреннему ощущению того, что нужно, мы можем сохранить глубокие взаимоотношения с источником, который ищем.
Такое определение легко заслушивается, но грубая очевидность, помимо сущности, крепко стоит на давнишнем подразделении.
Если мы отождествляем все эти мысли с «собой», тогда мы утверждаем, что ум – это мы; и в этом случае мы упускаем из виду большую часть того, что мы действительно есть.
Так одоление повседневности есть почитание Высшего Мира.