Наша естественность обвиняется.
Пусть наука всемерно помогает расширению кругозора.



Опять же, как и в случаях с другими препятствиями, здесь создается еще больше «я» – новые мысли о «моей тревоге», «моем беспокойстве», о «моей скуке».
Мысль тоже невидима, но лишь невежество отрицает мыслительный процесс.