Мы перестали выказывать страх или одиночество, но этим одиночества не прогонишь.
Так каждый, отрицающий духовное начало, уже лишает смысла все свои действия.
Если где-то все еще остается ожесточение, примите также и его; пусть оно рассеется по мере того, как растет прощенье.
Такое напоминание тем уместнее, что наука, даже при быстром росте своем, все-таки не выполнила и десятой доли сужденного ей на этот период.