Нас снова и снова приводят в движение отвращения и стремления ума, но редко замечаем побуждение, которым начинается движение в теле.
Правильно заметили, что некоторые мантрамы лишены смысла и содержат лишь звучание.
Когда начинается смерть «я», мы глубоко чувствуем, что это отдельное «я», проявляющееся как личность, представляет собой наше отстояние друг от друга, нашу отделенность от реальности вещей, каковы они есть, нашу отделенность от бытия, общего всем нам.
Мир Тонкий выслушивает такие зовы и понимает их значение.