Мы можем целиком пережить самих себя.
В тишине помыслить о Мире Высшем — будет равно лучшему лекарству.



Это та же разница, как между рабствованием у мысли и освобождением посредством ее.
Самомнение подсказывает, что все должно быть доступно, но человек, ослепленный молнией, вопиет о нестерпимом Свете.