Волевое действие может также быть значительно более очевидным: например, когда мы проходим мимо лавки с мороженым, появляется мысль: «Съем-ка я чуточку орехового пломбира!» – это голос волевого ума, предшественника всей кармы.
При всех таких неожиданных превращениях исключается всякая преднамеренность.
Нас снова и снова приводят в движение отвращения и стремления ума, но редко замечаем побуждение, которым начинается движение в теле.
Нельзя отвергать, когда дети утверждают о своей прошлой жизни.