Вожделение может быть для нас самих крайне болезненным, а нередко болезненным и для вожделенного объекта, если объектом нашего вожделения оказывается другой.
Так приобщимся к Высшему Миру не по приказу, но по велению сердца.
Для многих из нас это очень сильное зеркало, отражающее наше собственное затруднительное положение, потому что в нем наличествует большое смятение, глубокое сомнение по поводу того, как должным образом воплотить в жизнь это растущее понимание, это постепенное пробуждение ко благу других, в то время как мы все еще связаны с мирскими обязанностями.
Можно ли без любви произносить знаки о мысли, о Тайне, о Свете? Тайна обратится в утаивание, мысль в замысел, и Свет в головню пожара — так можно извратить самое Прекрасное.