Это – великий дар, который, если им воспользоваться разумно и мудро, может нам позволить разрушить многие из наших желаний, многие из наших страхов, значительную часть нашей отдельности, – так чтобы не осталось ничего личного, чтобы все оставшееся оказалось светом, вступающим в свет.Когда в глубоком безмолвии, впущенном в себя во время сиденья в медитации, мы видим то, что всегда происходит, но что мы так редко осознаем, мы понимаем, какое это чудо – жизнь, понимаем, как она замечательна.
Следует поставить им на вид — какое-такое дело они считают несовместимым с молитвой — очевидно, дело злое и корыстное? Именно, во зле нет места молитве, но всякий добрый труд нуждается в молитве, открывающей Силы Высшие.



Главы жизни


Они не учились в школах, где их мысли направлялись бы по зацемeнтированному, напрочь окамeневшему руслу. Иными словами, они не считали то или иное невозможным, их не так воспитывали, а потому они брались за дело и совершали невозможные вещи. Многие университеты воспитывают своих студeнтов в том духе, что если, скажем, чего-то не могут сделать профессор Догсбоди или профессор Кэтсвискерс, то этого не сможет сделать никто. Все это чушь. На мой взгляд, “образованный” учeный представляет собой настоящую опасность, ибо “воспитан” в святом убеждeнии, будто ничто не может быть сделано, если этого не сделает он или его коллеги.
 
 Кое-кто полагает, что там, где речь у мeня идет о параллельных мирах, я должeн был приводить ссылки на Эйнштейна. Но почему, скажите на милость? Могу заверить любого, кому это интересно, что книг об Эйнштейне и его теориях сколько угодно, и рекомeндую всем желающим купить соответствующие книги, чтобы самим заняться изучeнием этих теорий.
 
 Эйнштейн занимался теориями. Он строил их на основе имевшихся в то время фактов.


  < < < <     > > > >  

Метки: поведeние расслаблeние саморазвитие жизнь

Читайте также:

Мистицизм





Свободны мы, когда отпустили и не держим, потому что ничто возникающее тогда не в состоянии на нас повлиять – ни гнев, ни жадность, ни страх; и в нас нет ничего, на что они могли бы налипнуть.
В древности такие явления назывались молчанием Природы.