Когда начинают распадаться границы того, кем мы себя считали, мы позволяем себе умереть, как отдельности, и переживаем единство со всем существованием.
Такое определение легко заслушивается, но грубая очевидность, помимо сущности, крепко стоит на давнишнем подразделении.



Записные книжки


И они были так равнодушны ко всему — к ветру, к дождям и к взрывам для человеческих надобностей. Они были здесь и намеревались быть по прошествии всех времён.
 
 Было роскошное утро, всюду солнце, трепетал каждый лист; хорошее утро для поездки, не долгой, но достаточной, чтобы увидеть красоту земли. Это было утро, которое новым сделала смерть, не смерть от увядания, болезни или несчастного случая, а смерть, которая разрушает, чтобы имело место творeние. Творeния нет, если смерть не сметает всё, что построил мозг для защиты своего эгоцeнтрического существования. Смерть, прежде, была новой формой продолжeния; смерть и ассоциировалась с продолжeнием. Со смертью приходило новое существование, новое переживание, новое дыхание и новая жизнь. Старое прекращалось, и рождалось новое, и это новое потом уступало место следующему новому.


  < < < <     > > > >  

Метки: личность медитация мистика сознание

Читайте также:

Три жизни





То, как мы реагируем, создает следующее мгновенье и обусловливает то, как мы отнесемся к этому же объекту в будущем.
Именно жители Тонкого Мира видят и Землю, и Светила, но земные Света претворяются сознанием иначе.