Записные книжки
Вы видели их дрожащими, почти без одежды, в грязном тряпье; старая жeнщина дрожала с головы до ног, обхватив себя руками, оставшиеся зубы стучали; молодая жeнщина мылась сама, стирая рваную одежду в холодной реке [Джамне] , старик кашлял глубоко и тяжело, а дети играли, смеялись, кричали. Говор ил и, что это был а особо холодная зима, и многие умирали. Красная роза и жёлтые анютины глазки были интeнсивно живыми, их краски пылали; вы не могли оторвать от них глаз, эти два цвета, казалось, распространились и заполнили пустой сад; хотя дети кричали, та дрожащая старая жeнщина была повсюду; невероятные жёлтый и красный, и неизбежная смерть. Цвет был богом, а смерть была превыше богов. Она была повсюду — и цвет тоже. Вы не смогли бы разделить их, а если бы сделали это, то не было бы жизни. Так же, как вы не смогли бы отделить любовь от смерти, а если бы сделали это, не было бы больше красоты.
< < < < > > > >